Читаем без скачивания Сокровища неупокоенных [СИ] - Макс Крынов

я раскачивался, Арк уже вышел из кабинета и попросил меня подождать его в зале донжона. Предупредительный слуга, перехваченный лордом, сразу же отвел меня туда.

Ну ладно. В случае чего, смогу отказаться или расспросить о рисках: я ведь пока не в Алтарной, и вокруг меня не работают маги.

Так я думал первые полчаса. Лорда все не было, зато мимо меня забегали другие люди.

Первым по залу пробежался лопоухий мальчишка-слуга и разжег керосиновые лампы. После этого быстрым шагом прошли еще четыре слуги, а потом — трое рослых бородатых мужчин, переговариваясь, судя по всему, про Алтарную:

— И почему вечером, и без оповещения?

— Может, удалось заполучить какое-то редкое ядро?

— Это не повод для спешки! Обычно предупреждают минимум за три дня, чтобы мы успели рассчитать…

Троица скрылась, и чертыхнулся я уже в пустом зале. Я чувствовал себя мальчишкой, разворошившим муравейник, и все, что мог — убивать скуку и тревогу, рассматривая фрески. Получалось плохо.

— Эй! Эй, уважаемая! — окликнул я семенящую к выходу женщину в одежде слуги. — Мне нужно поговорить с Глебосом.

— Все будет, господин, — на ходу поклонилась она, и исчезла. Глебоса я не дождался ни через десять минут, ни через сорок. Однако ситуация меня все больше и больше напрягала, потому Тенеплет перешел в тень и помчался через зал вслед за ушедшей троицей.

Чтобы найти Алтарную, голему понадобилось семь минут шныряния по разным комнатам. Подземные ходы здесь действительно были длинными и разветвленными.

Помещение было маленьким — как комната в трактире дядюшки Бу. Стены украшены серебряными рунами, по углам дымят курильницы, а посередине — широкая гранитная плита, на которой свободно разместится даже рослый человек.

В первые пять минут ничего интересного не происходило — люди расставляли всюду жаровни, плошки с маслами, помещали в держатели палочки с благовониями. Тенеплет неподвижно сидел у выхода, а я маялся в ожидании. И в какой-то момент дождался диалога. Двое магов принялись общаться, в то время как третий сосредоточенно работал.

— Интересно, как лорду удалось убедить кого-то рискнуть здоровьем?

— Да заплатил наш господин какому-нибудь жадному бродяге пару золотых, да и все. Не думаю, что обычному подопытному дали бы больше.

— Не согласен. Бродяга уже должен быть необычным: иметь архетип, развитый минимум до уровня ученика, и сродство с предполагаемым ядром. Хотя бы в одном аспекте. Плюс — мы уже пытались внедрить силу растительного ядра одному человеку, и ни к чему хорошему это не привело. Лорд — не тот человек, что раз за разом долбится в закрытую дверь, так что ритуал сегодня должен отличаться от предыдущей попытки. Сливать дорогие ресурсы, ничего не меняя в процессе — глупость.

В процессе была одна переменная — мое попадание в прошлое. Но я не думаю, что это хоть как-то повлияет на результат. Черт!

— Так и мы с прошлого раза здорово навострились работать с Алтарной — вычисляем свойства ядер все лучше, получили по повышению рунных навыков, — слегка приободрил меня собеседник.

— Нет. То, что ты описал — как листом подорожника закрывать рубленую рану. Никто из ныне живущих не разбирается в растительных ядрах. Никто из живших ранее не смог поглотить силу такого ядра — слишком уж она неподходящая для человека. Любой монстр-зверь и даже нежить не столь сильно отличаются от человека, как растения. Даже если кто-то когда-то сможет поглотить их силу, результат будет абсолютно непредсказуем.

— А как же истории про людей, которые все-таки смогли?

— Не более чем выдумки!

— Тем не менее, мы обеспечим этому подопытному кролику максимум страховки и сведем к минимуму откат, — наконец заговорил третий, отрываясь от расчерчивания меловых рун между серебряными рунами на стенах Алтарной. — Ну, потеряет он на полгода-год возможность поглощать другие ядра, и что с того? И не с таким люди живут.

— Вилатос?

Я вздрогнул и отвернулся от фрески, на которую пялился больше пяти минут.

— Да?

— Все уже готово. Не передумал?

Не передумал ли я?

Хороший вопрос. Пожалуй, нет, не передумал. Если есть шанс обрести дополнительные силы — стоит им воспользоваться.

Что я теряю? Возможность прокачиваться с помощью ядер на полгода — год. Но я и раньше справлялся без этого. Зато, если вспомнить оговорку насчет легенд и историй, появляется зыбкий шанс получить какие-то необычные силы.

— Нет, не передумал, — сказал я, чувствуя себя так, словно шагаю в пропасть.

— Хорошо. Пошли в Алтарную.

К моменту, как мы пришли на место, Тенеплет и два мага покинули комнату. Оставшийся специалист уложил меня на гранит, скороговоркой выдал массу советов, упомянул, что меня ожидает битва разумов, и чтобы я не стеснялся на полную использовать воображение.

— Готов? — спросил он наконец.

Я кивнул и вдруг очутился на лугу. Напротив меня, шагах в десяти, стоит тонкий стебель чароцвета.

Значит, для победы мне нужно его убить? Хорошо. А как?

Я попробовал шагнуть в сторону растения, но это далось с трудом, мои ноги будто липли к траве. Значит, это нужно сделать не руками. Что там маги говорили про воображение?

Сосредоточившись, я пожелал, чтобы в моей руке появилось копье. И у меня даже что-то получилось: на тонкую, размером с карандаш, деревяшку был насажен наконечник, который больше походил на железную луковицу. В общем, первый блин — комом. Я выбросил копье и попробовал сформировать мачете, более подходящее для рубки сорняков.

Не успел. Чароцвет первый дотянулся до меня воображаемыми лианами. Только вот на том уровне, где мы находились, воображаемое было сродни реальности, и отростки, касающиеся моих ног, были весьма ощутимы: я почувствовал, как гибкая лоза оплетает и туго стягивает мои щиколотки, холодя кожу, поднимается выше…

— Черт!

Я попытался воплотить огонь, бегущий по корням твари, только пламя появлялось не в виде ревущего пожара, как я желал, а в виде пары язычков, и сразу же гасло. Боевой голем, которого я создал для защиты, получился весьма несуразным, скособоченным и развалился после первых же шагов.

Каждое воплощение образов отнимало мои силы, и растение двигалось все увереннее. Мои ноги затянуло в кокон, и лианы двигались вверх, сплетаясь вокруг меня. Чароцвет не планировал перехватывать надо мной контроль — он хотел переварить, поглотить меня. Может, не мог проникнуть сквозь мою кожу — если здесь она была такой же, как в реальности, после зелья физической крепости ее даже обычным ножом сложно пробить.

Тем не менее, я не мог ничего сделать. У меня не хватало умения работы с образами — топор, который я поспешно воплотил, разлетелся при первом же ударе, оставив на корне неглубокую зарубку. У меня не хватало ментальных сил — все, что я воплощал, было блеклым, тусклым. Руны, которые я пытался вообразить на предметах, расплывались. Плетения разрушались у пальцев. Я не мог разорвать или отодрать от себя зеленые побеги, и с ужасом смотрел за тем, как растение не торопясь движется вверх по моей одежде.

Чароцвет чувствовал себя великолепно — не торопясь разрастался, проращивал на лианах листы, которые становились все больше и все плотнее прилегали к лианам. Вокруг меня формировался кокон, а ноги уже ощущали щиплющую кожу жижу.

Поглощение ядра пошло не по плану.

За следующие десять минут я перепробовал все. Я орал, дергался, как припадочный, требовал меня выпустить. Тщетно. Какие бы меры ни предпринимали маги, их оказалось недостаточно. Я медленно умирал.

А потом лоза добралась до моей головы и меня заключило в кокон полностью. И едкая жидкость удивительно быстро добралась сперва до моих колен, а потом — накрыла меня с головой.

Я мог не дышать, но это не исправляло ситуацию. Спустя еще десяток минут я почувствовал, что моя сущность распадается, а растение каким-то образом проникло в мою голову и оплетает в воображаемый кокон мои воспоминания.

Вот тогда-то вмешался кто-то иной.

Ощущение невероятной силы пришло со стороны, будто некто из реального мира попал в мое воображение. Темная фигура с размытыми чертами лица появилась рядом с коконом и разорвала его.

— Я не дам тебе убиться. Ты — мой единственный шанс, глупый человек, — произнесло существо монотонным невыразительным голосом, который можно было принять как за мужской, так и за женский.

Меня и чароцвет подхватило и тряхнуло, как встряхивает ткань швея, прежде чем положить на стол и распороть.

Образы исчезли, я больше ничего не видел. Не знаю, кем была эта третья сила, но она сумела мне помочь. Из нас двоих, будто в конструкторе, собрали одно живое существо. Кем бы ни был мой спаситель, он нашел у меня и у чароцвета кое-что общее: